RISK online
атлас сервера
english version
размещение рекламы

НОВОСТИ
ПРОЕКТЫ
АЛЬПИНИЗМ
СКАЛОЛАЗАНИЕ
ЛЕДОЛАЗАНИЕ
СКИ-АЛЬПИНИЗМ
ЭКСТРИМ
ГАЛЕРЕЯ
РЕГИОНЫ
ЛЮДИ
ФОРУМ
БУТИК
ссылки
контакты
о Risk.ru

ФЕДЕРАЦИЯ АЛЬПИНИЗМА. Официальный сайт
ФЕДЕРАЦИЯ СКАЛОЛАЗАНИЯ. Официальный сайт


Регионы: Каракорум  

Пару слов за Балтистан

Виталий Томчик, Одесса
Статья опубликована в журнале "РИСК онсайт" N15, сентябрь 2005г

на РИСКЕ:


Часто, когда ты что-то знаешь на уровне навыка, случайно забываешь, что окружающие тебя люди с этими элементарными вещами не знакомы и могут допустить ошибки.

Мне казалось, что перед выездом в Пакистан я достаточно подробно проинформировал участников о снаряжении, питании и поведении в треке, но на поверку выходит, что не все внимательно читают рекомендации, следуют им, и из-за этого происходят досадные недоразумения.

Я постараюсь достаточно нудно, с отступлениями и поучениями, (в дальнейшем, возможно, возникнет и поэтический рассказ) описать трек по леднику Балторо, в основном для тех, кто в будущем захочет прогуляться по этому суровому миру высочайших вершин планеты.

Альпинисты и опытные туристы поучения могут пропустить.


Карта района К2

Начну с возвращения. Это еще очень свежо. Мы летели по маршруту Исламабад - Карачи - Дубаи - Киев - Одесса. Сутки в самолетных креслах. В Пакистане стыковки между рейсами желательно иметь не менее трех часов. На плече Исламабад - Карачи курсирует огромный "Боинг", получение грузов 500-600 человек процедура длительная, а беспрерывные проверки и досмотры отнимают много времени и нервов. В Карачи международный терминал соседствует с местными линиями, но надо, получив грузы, выйти на улицу (+ 40) и перейти с тележками в другой терминал. При вылете с нас сняли по 800 рупий сборов, имейте запас местных денег. (1 доллар США = 60 пакистанских рупий).

По прилете в Дубаи за три часа до отлета надо подняться на третий этаж и получить посадочные талоны для последующего перелета. Там же сотрудник по багажным биркам проверит, поступил ли ваш груз из Карачи и готов ли он к отправке в Киев. У нас все было в норме, но, тем не менее, один рюкзак потерялся. Я связываю этот грустный факт еще и с тем, что рюкзак был упакован в большой нейлоновый мешок и не имел никаких ручек и лямок. Сотрудник аэропорта наклеил бирку просто на этот чехол и она, видимо, отлетела. На вашем грузе (рюкзаке, бауле, сумке) всегда должна быть лямка, которую не в состоянии оторвать даже разъяренный питбуль. В эту лямку и должна быть продета багажная бирка ( за этим следите лично) и за эту же лямку всегда недовольный жизнью грузчик (а вы бы были довольны) будет остервенело выдергивать ваш рюкзак из-под груды ему подобных собратьев. По опыту известно, что грузчик всегда старается поднять ваш груз за самую отрываемую его часть. Постарайтесь лишить его этой радости и отстегните все что можно, но одну, самую крепкую ручку, надо оставить, иначе, не найдя за что вцепиться, особь под названием "грузчик аэропортовский" начнет в ярости пинать ваш баул ногами. Это не преувеличение, я видел такое представление в аэропорту Одессы.



А вот и мы


Анкл


Красота

А еще мне в аэропорту "Борисполь" ТРИ раза, видимо, в назидание за недоверие, отламывали замочки (вместе с ушками от молний). Помните, что в среде грузчиков есть коллекционеры замочков. А также любители открывать все карманы и клапаны. Могут ничего и не взять, но рюкзак щедро поделится содержанием своих карманов с транспортировочной лентой. Вы, конечно, обратили внимание, что разгрузка вещей на ленту происходит за стеной, (ах, если бы эту стену сделать стеклянной), а отверстия стыдливо прикрыты резиновыми полосами. Не поленитесь, загляните когда-нибудь в этот мир иной и вы обнаружите, что кроме известных фобий есть еще фобия багажененавистничества, и страдают ей именно "грузчики аэропортовские".

Никогда не привязывайте к рюкзаку ледорубы, лыжные палки и карематы. Этим вы не только нанесете урон себе, но позволите грузчикам сыграть в игру "шашлык" - кто нанижет больше чемоданов крокодиловой кожи на ваш ледоруб.


Скарду. Мейн стрит

Еще по мелочи. Если стыковки длинные, берите с собой каремат (можно и вкладыш для спальника). В Дубаи (да и в других местах) можно прекрасно поспать на ковролиновых полах.

По прилете в "Борисполь" на неизменный вопрос таможни - "Откуда прибыли", не обманывая, отвечайте "Из Дубаи". Догадку таможенника - "Вы там отдыхали?", подтвердите, поглаживая связку ледорубов - "Ага". В мозгу таможенника ледорубы и ОАЭ вполне совместимая вещь, а вот если вы решите похвастать, что прошли трек в Пакистане, в мозгу служивого может замигать связка "Пакистан - гашиш" и вам не избежать вытряхивания из рюкзака грязных носков, благоухающих отнюдь не ароматами сенсимильи.

Розыск пропавшего багажа тема отдельного исследования, но не плохо, если ваш груз будет снабжен (в прозрачном окошечке, например) выходными данными, куда обратиться за хозяином груза. Это хоть какой-то шанс. Мне приходилось бывать на складах утерянного багажа. Пирамида Хеопса - куличек в песочнице по сравнению с Каракорумскими хребтами багажа, навороченными авиакомпаниями. Финансовая ответственность авиакомпаний за утерянный груз (читайте правила), значительно ниже, чем средства, которые надо затратить на поиск. От этого все и проистекает.


Витамины

Вернемся с начало нашего путешествия. Итак, прилетели мы в Исламабад. Нас встретил Джалал, гид, который и в дальнейшем работал с нами в треке.

16 июля, 8.55 утра, уже жарко. Поехали в гостиницу "Envoy Continental", где нас уже ждали друзья, приехавшие ранее. Команда была ну очень сборная, в большинстве объединенная словом "Одесса". Володя Мусарский из Москвы (учился и начал заниматься альпинизмом в Одессе), Слава Лобанов из Голландии (родился, жил и работал в Одессе), 7 человек, таки да, из Одессы, Ольга Губаева из Киргизии, Инга и Ивар Куусик (эстонцы из Киргизии), Марина Литвинова и Наташа Клочкова (Соколовы) из Новосибирска. В группе были как опытные альпинисты и путешественники, так и люди (Новосибирск и Бишкек), впервые попавшие в большие горы. Это создавало небольшие, вполне разрешимые проблемы, с которыми группа успешно справилась.

В Исламабаде приходится провести целый день, так как необходимо подготовить ворох документов для преодоления многочисленных полицейских и пограничных постов. По правилам необходима и встреча руководителя группы с представителем Министерства туризма (брифинг). За меня на встречу съездил Слава (он прекрасно владеет английским) и все прошло благополучно. Спросили куда да зачем, есть ли врач в группе, проинструктировали, как одеваться и что не фотографировать. Только после этого, получив визу, принимающая фирма может начать оформление проездных документов. После трека в министерство ездил уже я (к концу трека пришлось заговорить на английском). Встреча, в общем, формальная. Но без этого принимающей фирме не подписывают документы. И ты можешь нажаловаться на фирму или на что-то, что тебе не понравилось. И это очень разумно, так как фирма знает, что без этой встречи не обойтись и в меру своего разумения пытается прогнуться перед группой, а иначе могла бы возникнуть масса проблем, а кому жаловаться? На мое предложение доплачивать носильщикам за то, что бы они провели уборку в лагерях (очень грязно на Конкордии и в Али-кемпе), мне пояснили, что портеры хоть и бедные, но гордые и мусор убирать не хотят ни за какие деньги. Не та каста. А мусорщиков затащить на Конкордию сложно. Вот такой он - Восток.



Монстры дорог


Дискотека


Эдельвейсы

Исламабад выстроен как столица в 1960-70 годах и с туристической точки зрения не интересен. Широченные проспекты и площади, Министерства, банки и офисы. Огромная мечеть Файзаль. С холма Даман-е-Кох прекрасный вид на город. Рядом большой старинный город Равалпинди, который до строительства Исламабада и был столицей Пакистана.

В гостинице встретились с менеджером АТР (Adventure Tours Pakistan, www.atp.com.pk, info@atp.com.pk tel. (92-51) 2260820) Эссар Каримом. Произвели денежные расчеты (стоимость одного участника была определена фирмой в 1468 долл. плюс 180 долл. за одноместное размещение) и обговорили необходимые вопросы. Фирму АТР нам посоветовал выбрать Вадим Свириденко, проводивший через нее 4 экспедиции на восьмитысячники. Это не самая дешевая, но большая и надежная фирма, имеющая свою базу в Скарду, постоянную базу со спутниковой связью на Конкордии и постоянную палатку с оборудованием в Али-кемпе. Сразу скажу, что АТР отлично организовала трек, никаких больших замечаний мы к фирме не имеем и собираемся в следующем году через АТР организовать трек вокруг Нанга Парбат и в Хунзу.

Я попытался оговорить с АТР возможность проведения спасательных работ на случай, если не доведи Аллах... Все довольно просто, но дорого. Надо оставить фирме залог 6000 долларов и тогда, при необходимости, прилетит вертолет и отвезет пострадавшего в больницу (в Гилгит или Скарду). Но окончательная стоимость транспортировки будет подсчитана после полета и зависит от многих факторов. Так, стоимость перелета Конкордия - Скарду для моих друзей составила 9150 долл. Так что болеть себе дороже.

В Скарду есть аэропорт, но погодные условия этого района очень неустойчивые и рассчитывать на самолет не имеет смысла. Повезет - здорово, но везет редко. Поэтому, как и было запланировано, 17 июля выехали на микроавтобусе в Чилас. 480 км, часов 12 езды, остановка и обед в Бешаме (в лавках продают "Калашниковы"). Дорога идет по знаменитому Каракорумскому хайвею (ККН). Пакистанские и китайские рабочие и инженеры построили это восьмое чудо света за 20 лет. Часто встречаются обелиски строителям, погибшим при сооружении ККН или отмечающие вклад в строительство военных саперов. Кстати, у нас принято написание "Каракорум", а на всех картах Пакистана написано "Каракорам".


Нанга Парбат

18 июля. Проехав полчаса от Чиласа, увидели расстрелянный ночью автобус. Все лобовое стекло в пробоинах, лужи крови. 4 человека убито, 12 ранено. Может, все-таки стоит дожидаться летной погоды? Едем вдоль Инда, потрясающая река, с грозными порогами. Называется на картах Индус река. По Индии, кстати, она почти и не протекает, берет начало в Тибете, в районе Кайласа. Вообще, граница в этих районах весьма условна и, судя по картам, мы вообще находились в Индии. На Пакистанских картах районы южнее Каракорума обозначены как "оккупированный Кашмир". Интересно, что написано на индийских картах? Сейчас отношения между Индией и Пакистаном нормализовались, открыты границы для проезда автобусов, идут мирные переговоры.

Вскоре справа открылись массивы Нанга Парбат, гималайского гиганта, мечта следующих треков. Смотровая точка, поясняющая, что перед нами Гора-убийца или Немецкая гора. Стайка пацанов, предлагающих минералы, которыми богаты эти горы. Вася, вспомнив геологическое прошлое, с удовольствием отбирает себе приглянувшиеся экспонаты.

Через несколько часов доехали до места стыка Гималаев, Каракорума и Гиндукуша. Смотровая площадка, фотографии и съезд с ККН через мост Аллам на дорогу к Скарду. Дорога стала поуже (хотя куду уж уже), разъезды с изукрашенными грузовиками все сложнее. Пакистанские грузовики - тема отдельного исследования и о них сказано и показано немало. От машины берется шасси с мотором, все остальное создает полет фантазии владельца и дизайнера. Местные мастера тюнинга и стайлинга создают из грузовика сияющий в ночи лайнер на колесах. Колеса, кстати, тоже украшены. Во многих местах дорога перебита осыпями, оползнями и селями. Военный грузовичок беспомощно повис на брюхе в колее, пробитой большегрузами. Проходим полчасика пешком, пока наш автобус нас не догоняет. Под откосом - свалившийся грузовик. Останки на берегу реки, местные проводят спасработы. Езды часов 10, вскоре мост Аюб, направо дорога к отличной гостинице "Шангрила", но нам налево, в Скарду, в отель "Машабрум". Пакистанцы пишут так, иногда даже Маша Брум. Эдакая благородная одесская фамилия.



Машербрум


Оазис в горах


Радуга в Горо 1

19 июля. Скарду - пыльный городок, с небольшим базаром, раскинувшийся на огромной площади у разлива Инда. Впечатляющая громада воды, впору строить яхтклуб и гонять на серфах. Но это явление не постоянное, то разливы, то спад воды. Поднялись в форт, нависающий над Скарду на неприступных скалах, походили по базару, прикупили недостающее снаряжение. Выбор не богатый, до Катманду далеко, но бахилы купили, батарейки, напились мангового сока. Я встретился с Ашрафом Аманом, руководителем АТР, первым пакистанским восходителем на К2. Он показал мне базу АТР, склады снаряжения, еды, мастерские по ремонту снаряжения, и даже небольшой столярный цех, где изготавливают ящики для переноски грузов. Местные портеры носят грузы на станках собственного производства, часто примитивных, деревянных, но иногда продвинутых, сваренных из трубок, ну чистый "Ермак". Поэтому, портеров ваши лямки не интересуют, они чаще всего кладут ваш рюкзак поперек станка, сверху еще палатку или кухню, свои пожитки. Без проблем несут экспедиционные бочки.

С грузом возникла дискуссия. АТР написал, что портер несет 25 кг груза, из этого мы и исходили. Но Джалал попытался мне втолковать, что портер несет 25 кг, которые состоят из 15 кг трекера и 10 кг собственных пожиток. И призвал нас довести вес рюкзаков до 15 кг. А это нам не удавалось, несмотря на то, что по убеждению Джалала мы за ненужностью в этом сезоне оставили в Скарду кошки и часть ледорубов. Тогда я сказал Джалалу, чтобы он не морочил мне голову и взял столько носильщиков, сколько надо. Джалал отличный гид и мы с ним всегда находили приемлемые решения.


Портеры в ожидании типсы

В Скарду мы с Ашрафом и Джалалом договорились, что каждый вечер будем оговаривать планы следующего дня, в зависимости от погоды и состояния группы, а план, придуманный в Одессе, не догма. Имейте это в виду. В АТР приняли все мои планы, что я им посылал, со всем согласились и лишь по приезде объяснили, что и почему сделать нет никакой возможности.

В Скарду, как образно сказала Инга, "сорвало дно" у первых членов группы, что затем повторялось у всех и по нескольку раз. Спасал интетрикс.


Лагерь Джола

20 июля. Утром за нами пришли знаменитые местные джипы, "Тойоты" сорокалетней выдержки, и мы двинули в Асколи по дороге, где 3 колеса висят над пропастью. По крайней мере так образно пугал наших девушек в ресторане Гия Тортладзе, вернувшийся из разведки новых стен на высокие горы. Три не три, а опасно реально. И страшно. А у водил правый руль и расходятся они непривычными галсами, и резина, что голова у Брюса Виллиса, а когда машина не вписывается в поворот, она подъезжает задом к самому обрыву, и колеса еще на земле, а ты уже нет. И столбиков на краю нет, а вот промоины есть. И подвесные мосты, где машины идут по одной, а тебе очень вдруг хочется выйти и размять ноги, а доски потрескивают и в некоторых местах конкретно прогнили.

Доехали до огромного завала, два десятка рабочих пытаются его расчистить, а там бы парочку "Катерпиллеров". Завал прошли пешком, за время перехода сверху посыпались камни, но все завершилось удачно. На другой стороне завала джипы, которые уже несколько месяцев отрезаны от мира в Асколи. Им подносят бензин, перетащили наши грузы и вот мы в Асколи. 2900 метров, уже высота. Огороженная колючкой территория, где поставили палатки, туалеты (сносные), душ (с холодной водой). Собственно, любой мусульманский туалет может служить душем, так как вместо туалетной бумаги снабжен краном и, часто, шлангом. Носильщикам вход закрыт. Они с огромным интересом часами наблюдают за нами из-за проволоки. Не очень уютно. Первый обед на природе. Суп, рис, бобы, макароны, мясо, овощи, манго, чай, кофе. Обильно и вкусно. Нам представляют кухню. 7 человек. Бравая команда с шефом во главе. А еще завтра с нами выходят 80 носильщиков! 80+7+2 (гиды)+14 (нас)= 103. Экспедиция...

21 июля. Асколи - Корофонг - Джола. Пока гиды разбирались с портерами, нам дали в проводники симпатичного портера по кличке "Анкл". Он был с нами до самого окончания трека. 55 лет, зовут Мирали, очень добрый и заботливый.

Идем вдоль реки Баралдо. (Здесь, и впредь, я пытаюсь совместить названия на карте, часто различные, с произношением гидов, тоже неоднозначным.) В Пакистане десятки языков, жители одной долины могут не понимать жителей другой, портеры набраны из разных народностей, много таджиков. Портеры объединяются в "семьи", по 5-10 человек. На стоянках выстраивают каменную стенку до метра высотой, ограждающую площадь 6-8 кв. метров, накрывают сверху полиэтиленом, разводят примус, едят и ждут утра. Всеми портерами у нас командовал сирдар, два его сына работали с нами, а уж сирдаром руководил гид, а гиду давал указания я. Вот такая иерархия. Очень хорошая. Я не представляю, что бы я делал напрямую с портерами, голодными и оборванными ребятами, не зная их языка и обычаев. Отправляться в Пакистан автостопом, без привлечения местной фирмы не представляется мне возможным.



Али Кемп


Ледник Балторо


По дрова

Через час пути слева показалось окончание ледника Биафо. Длиной километров 50, по нему проходит великолепный трек к перевалу Хиспар (5150 м) после которого по леднику Хиспар можно спуститься в Хунзу. Таяние ледника рождает десятки речушек, в пойме которых находится Корофонг (3100 м). Великолепные площадки под палатки на песчаном основании, деревья и ручьи - ночевать здесь гораздо приятнее, чем в Асколи, но это сложно сделать с организационной точки зрения. В Корофонге у нас был запланирован горячий ланч, но группа решила не расслабляться и пока не очень жарко, двинула к Джоле. Дошли до реки Думардо и, повернув в ущелье налево, двинулись по правому берегу Думардо к мосту Джола. Это приличный крюк, вскоре на левом берегу реки показалась Джола, с фантастическими туалетами и душевыми, напоминающими стощие на берегу батискафы. Но через реку вброд не перейдешь, еще около часа идем к мосту и минут 40 вниз. Жара изнуряющая, тропа пыльная. Но это безопаснее, чем переправа по навешенному тросу, который еще сохранился с прошлых лет. Торопиться некуда, носильщики еще не пришли, палаток нет, наш отказ от ланча нарушил стройную систему питания. Тени тоже нет, все забились под навес домика и попивают колу. Здесь она еще продается, правда с дикими наценками. За этот трек я выпил колы больше, чем за предыдущие лет 5.

Я залез в домик через окно и растянулся на неописуемо грязной кровати. В углу, на другой кровати, тихо постанывал австриец, у него болел живот. Дал ему таблеток и посоветовал пить больше зеленого чая. Послушался и спросил сколько стоит медпомощь. Медицина в Украине бесплатная - засмеялся я в ответ. Парень нас через два дня догнал. Портеры выходят, попив только чай, и в 12 часов становятся на ланч. Готовят еду, чай - это часа на три, и это святое, им не запретишь. Поэтому они редко приходят в лагерь раньше тебя, и если дождик или жара, лучше идти медленно, наслаждаясь окружающими красотами, чем потом бездарно ждать портеров в лагере. С собой обязательно надо иметь 1.5 - 2 литра воды. Река очень мутная, ручьи попадаются не часто и желания напиться не вызывают. Душ в Джоле из шланга холодной горной водой, когда жарко - терпимо.


закат

У нас палатки "Норд Фейс", вдвоем достаточно комфортно, можно, оговорив заранее, иметь палатку на одного. Ставятся две большие палатки - кухня и столовая. Пластиковые столы, стулья, салфетки, приборы. Суп на ланч и на ужин. От голода никто не страдает.

22 июля. Выдвигаемся к Пайю... Хорошая тропа вдоль реки, справа в облаках вырисовывается группа Машербрума. Пайю - оазис в горах. 3500м. Огромные деревья, домики, аналогичные Джола туалеты. Очень живописно, много мест под палатки и почти все занято. Сотни палаток. Три альпинистские экспедиции и с десяток треккерских групп. Джалал попытался разместить нас "ближе к кухне", но запах топлива отогнал нас метров на 100 на песчаные площадки. На кухнях огромные примуса на 2 конфорки, обращаются с ними варварски, накачивают ножным насосом, проливают много горючего. Как результат, в австрийской группе один примус вспыхивает, и портер получает сильнейшие ожоги. Врачи альпинистских групп оказывают помощь. Вечером портеры устраивают пляски под барабаны на том месте, где должны были стоять наши палатки. Еще раз поздравляем себя с тем, что вовремя оттуда убрались. Портеры много курят, и это не всегда простой "Казбек", а потом любят потанцевать. В Пайю встретили Сергея Гутеева из Киева. Работает гидом, ведет английскую группу, к осени собирается в Непал. Передает приветы всем знакомым.



Кто в домике живет?


Группа Транго


Вид с Конкордии

23 июля. Все экспедиции снимаются и с 5 утра не менее 1000 портеров движутся к леднику Балторо. Впечатляющая картина, змейка портеров, заполнившая тропу и теряющаяся в ледяных нагромождениях ледника. Мы выходим часов в 7. Пока не опасно и сложно при таком движении заблудиться, я не настаиваю, чтобы вся группа шла вместе. Каждый идет своим темпом, создаются микроколлективы. Джалал впереди, замыкает группу Экбал, второй гид. Часа через полтора выходим на язык ледника, пересекаем его к левой морене и по морене движемся к лагерю Кубурче. Ледовые грибы, огромные трещины, озера, грохот падающих камней. Слева появляются вершины группы Транго и впадающий в Балторо ледник Транго. Много остановок на фото, 6-7 часов и мы в Кубурче (4000 м.). Лагерь на морене, чистый ручей, удалось найти место для палаток. Иногда накрапывает дождик, над лагерем нависают вызывающие сомнения каменные глыбы, но выбирать не приходится. Инша Алла!

Обнаруживаем, что в составе экспедиции присутствует стадо козочек, каждые два дня уменьшающееся на одну особь. Одну ласково зовем "Конкордия", другую "К2".

24 июля. Под моросящим дождиком подтягиваемся к Урдукасу. 4250м. Хорошо оборудованный лагерь, каменные домики, отличные площадки. Последние ночевки не на льду. В тумане виднеется пик Пайю (6610м.), стены Транго, Кафедрал, Музтаг Тауэр.

Ланч, спуск на ледник и подход к лагерю Горо 1. По пути встречаем огромные караваны мулов, несущие припасы и авиакеросин в военные лагеря. Таких лагерей по пути много, сотни канистр с керосином стеной закрывают их от ветра, палатки и пластиковые домики потрепаны непогодой. Военные стоят заставами на ледниках даже зимой, неся дежурства по 2 месяца. Папанину не снилось. И, главное, зачем? У Индии и Пакистана ядерное оружие - а тут застава в 5-7 человек. Неисповедимы пути генералов.

Через 6-7 часов выходим к Горо 1, (4500м.). Это просто место на леднике, на котором, из-за движения ледника даже площадки долго не держаться. Проходим еще минут 40, выкладываем площадки. Эдакий Горо 1,5. Первая ночевка на льду. Стремно, лед иногда где-то трескается, но всем кажется, что это именно под его палаткой. Коврики АТР выдали, но сверху и второй не помешал бы. Все немного замерзли, но со временем приспособились стелить под себя теплые вещи и все вошло в норму.


Ее звали Конкордия

25 июля. По почти ровному леднику движемся к Конкордии (4700м.). Погода внизу отличная и открывается прекрасный вид на К2. На ребре Абруцкого метет, да и вся вершина периодически затягивается облаками. Все во всех ракурсах снимаются на фоне К2. Надеваем майки "Команды Приключений", подаренные Сашей Абрамовым, запечатлеваем всю группу. Саша, когда будут пуховки? В майке на Конкордии не климатит. :)

Справа красивейший пик Митра, а прямо перед нами группа Гашербрум. Во все стороны расходятся великолепные ледники - Балторо, Годвин Остин, Гашербрум и Вигне. Пытаюсь представить себе чувства альпинистов, которые первыми добрались до этого сверкающего великолепия. Многие фирмы предлагают с Конкордии совершить за один день "экскурсию" под К2 и вернуться. Не поддавайтесь на провокацию! Это физически очень сложно, да и приехали вы сюда, чтобы постараться прикоснуться к К2, а не прибежать в ВС на 20 минут. Я еще из Одессы оговорил обязательную ночевку под К2 и, возможно, дневку. Конечно, портерам не хочется снимать и переносить лагерь, а Джалал пытался убедить меня сделать на Конкордии день отдыха. Вместо этого мы решили подняться в ВС Броуд пика. Всего часа 3-4 хода, но ведь интересно. Вечером истратили несколько пленок, снимая закат над К2.

26 июля. Поднялись в ВС Броуд пика. Там совсем недавно закончились спасработы, польского альпиниста 3 дня стаскивали вниз с переломом ноги и отправили вертолетом в госпиталь. Поболтали со словаком, который просвистел метров 400 вниз и ничего не повредил. Он рассказал, что большая группа альпинистов, человек 20 поднялась на предвершину, но ни у кого не хватило сил идти на вершину. Все вымотаны и разочарованы. Денис Урубко и Сергей Самойлов прошли новый маршрут на Броуд пик по Юго-Западной стене. Пошел по гребню морены поздравить ребят, а они в это время по низу ушли к Конкордии. Только спины и увидел, жаль.



Сергею Соколову


Саше Губаеву


Диме, Леше, Шуре

27 июля. Переходим в ВС К2. Портеры пытались брыкаться, идти 1, 5 часа, им лень сниматься. Решили, что наши палатки и кухню переносим, а портеры возвращаются ночевать под Броуд пик и утром придут за грузом. Кооткий , но красивый переход к К2. У слияния ледников Годвин Остин и Савойя нагромождения льда, ручьи и трещины. Но все открыто и видно. Вот и основная цель нашего путешествия - Базовый лагерь К2. В Базовом лагере несколько экспедиций - остатки болгарско-польской экспедиции, норвежцы, чехи и венгры, японцы, американцы. Два месяца работы, а на Гору еще никто не взошел. Поляки дошли до 8000 м. и отвернули. Погода в этом году отвратительная. Но часть поляков и болгар решили еще немного подождать, на Горе перила, лагеря, вдруг повезет. Поставили лагерь, перешли ледник к мемориалу погибшим альпинистам, поклониться всем альпинистам, оставшимся на К2. Мемориальную плиту Саше Пархоменко, Диме Ибрагим-заде и Леше Харалдину подвесили на скале на шлямбурах, прибили и маленькую табличку от нашей группы. Прошло уже 11 лет, как ребята остались на вершине К2.


Рок оказался живечей...

Пусть рок оказался живучей -

Он сделал что мог и что должен.

Победу отпраздновал случай,

Ну что же, мы завтра продолжим.

Эти слова Владимира Высоцкого выгравированы на табличке. Мы не мы, а, судя по числу экспедиций под К2, продолжать есть кому. Помогли Марине и Наташе укрепить табличку отцу - Сергею Соколову, а Ольге Губаевой мужу - Александру Губаеву , не вернувшимся с К2 в прошлом году. На большой каменной плите организовали "стол", помянули ребят добрыми словами.


Красный альпинист

Вечером попрощались с козочкой по имени "К2" и устроили вечеринку, пригласили болгар и поляков. Ребята 2 месяца под Горой, скучают по общению. С Дойчином Бояновым вспомнили общих приятелей, восхитились несгибаемостью Анны Червински.

У нас с собой было, повара постарались, вечер удался на славу. Дождались ли ребята погоды?

28 июля. За завтраком заскочил взволнованный Джалал, вызвал на улицу. Вася сидел на камне, прижимая руку к голове. Поскользнулся и рассек кожу на голове и ухо. Травма пустяковая, но кровь идет и на макушке ссадина. А спирт выпили с поляками. Промыли коньяком, засыпали стрептоцидом, замотали косыночкой, за переход ухо у Васи приросло к голове, а шрамик на макушке по форме вылитая К2. Будет память. Перешли на Конкордию. Посовещались с Джалалом и решили отменить выход в ВС Гаршербрум. Когда я составлял план в Одессе, я не сделал запас на непогоду, столь частую в Каракоруме. А на Конкордии дали прогноз, что еще, возможно, день хорошей погоды, а потом несколько дней резкое ухудшение. И если непогода нас захватит в Али кемпе, мы не сможем перейти перевал Гондогоро, но у нас еще будет возможность спуститься по пути подъема, а если мы пойдем под Гашербрум, этого запаса у нас не остается. Если из Али кемпа идешь через Гондогоро, за три дня можно успеть до Скарду, а возвращаться через Конкордию 5-6 дней. На Конкордии с нами попрощались Инга, Ивар,Володя и Слава. Инга предупреждала, что ей очень надо вернуться на работу, сына Ивара мне на воспитание она оставить не рискнула, хоть я и обещал сделать из него настоящего мужчину, научить есть руками, не опаздывать и понимать наши анекдоты. А то расскажешь анекдот, потом растолкуешь Инге, потом вновь расскажешь другими словами, она переведет его на эстонский Ивару, а тот не смеется, в эстонском даже других слов нет, а не только тех, которые из песни не выкинешь. Слава решил к ним присоединиться, так как немного приболел, а Володя давно на вертолете не летал. Короче, великолепно знающая английский Инга за пол дня переговоров по спутниковому телефону договорилась о вертолете. Володя лелеял мечту облететь К2 и Гашербрум и заметно погрустнел, когда я рассказал, что при облете К2 надо залететь на территорию Китая, получить разрешение на пролет за день невозможно, а на международный конфликт экипаж вертолета не пойдет, это вам не граница Россия - Украина.

Вечером вспомнили Сашу Губаева, именно в этот день год назад он последний раз вышел на связь.

29 июля вдесятером вышли в Али-кемп. Погода переменная, то солнышко, то снежные заряды. Движемся в сторону ледовой громады Чоголизы , потом пересекаем ледник Вигне - штука неприятная. Ледник закрытый, много трещин и ручьев, сверху присыпанных снегом. Кто-то периодически проваливается, в одном месте нырнул и я. Али-кемп. Скальные площадки под очень неприятными, на вид едва держащимися скалами. Малейшее землетрясение - и, прощай, Али-кемп. В Али-кемпе у АТР постоянная палатка- кухня, с примусами, столами и стульями. Есть хижина спасателей, где по 4 месяца живет Али. Хижина - сказано громко, это, как всегда, каменный забор, укрытый прочным полиэтиленом. Спасатели дежурят на перевале Гондогоро, маркируют тропу на леднике, провешивают перила и сопровождают группы. Нашей группе это стоило 100 долларов (за счет АТР) и 20 на память Али. Вокруг, как и на Конкордии, очень грязно. Рано ужинаем и заваливаемся отдохнуть. Выход в 12 ночи.

По палатке барабанит снежок, но акклиматизация хорошая, вечером голова ни у кого не болит.


Ледник

30 июля. С 11 ночи в лагере шевеление, кроме нас через перевал идут еще несколько групп. Собираемся при свете фонариков и выныриваем в мокрую снеговерть. Отдаем баулы портерам, они растворяются в снежной темноте. За 5 минут до выхода ко мне подходит Ольга, говорит, что очень отравилась и не может идти. Наши вещи и палатки уже ушли, положение непростое. Сейчас не до разборов, почему Оля не поставила меня в известность, как только заболела. Она не альпинистка, не понимает, что мы команда, и здоровье каждого, это боеспособность всех. Пытаюсь уговорить ее идти, надеясь, что физическая нагрузка разбудит в организме скрытые резервы. Напрасно. Через каждые 20-30 метров Оля падает в снег и говорит всякие глупости, типа "оставьте меня здесь". И не такое слышали. "Лучше смерть, чем такие мучения" и "Живые позавидуют мертвым" - известный черный альпинистский фольклор. Группа ушла вперед, со мной и Аллой, только Алексей Гагарин. Вопреки его попыткам остаться и помочь, посылаю его догнать группу, объяснить ситуацию, перейти перевал и ждать нас на той стороне в лагере Хушпанг. Возвращаемся в Али-кемп, Али гостеприимно приглашает нас в свою обитель, укладываем Ольгу в спальник, Алла остается согревать ее чаем, а я в темноте иду в палатку АТР. Замечательно, я успеваю к моменту, когда Экбал собирается с кухней отправляться на перевал. Оставляем себе часть продуктов, помощника повара и одного портера, Экбал тоже остается с нами. Залезаю в убежище Али, Экбал отдает свой спальник Алле, а мне перепадает спальник из запасов Али. "С Валей вышла незадача, но я это залечу" - бормочу себе под нос и радуюсь, что перед вылетом из Одессы, как всегда, очень коротко подстригся. С мыслью о "дареном коне" засыпаю.

Утром Али затопил примус. Из лучших побуждений, хочет напоить чаем, но керосиновый угар выгоняет на свет божий. На площадке стоит наша желтая палатка "Норд Фейс" и мне приветливо улыбается портер Анкл. Джалал его с рюкзаком Аллы отправил с перевала вниз. Это здорово, так как в рюкзаке аптека. Вынимаю таблетки для приваривания дна и начинаю ими пичкать Ольгу. Лекарства и зеленый чай к вечеру подлечивают Ольгу и она готова ночью выйти на перевал. Кормим ее чистым рисом, и бьем по рукам, когда Ольга пытается полить рис мясной подливкой. А ей именно сейчас этого безумно хочется. Продуктов нам оставили немного, и, наконец, в ход пошли стратегические запасы консервы "Куринные пупочки".

Времени много, погода наладилась, поболтал с Экбалом об интересных треках в Пакистане. Кашмир, Хунза, Нанга Парбат и еще много замечательных вещей еще ожидают нас в следующие приезды.


Чогори

Днем Ольга пошла прогуляться и, к ужасу и радости, обнаружила за камнем свой маленький рюкзачок, который ночью попросила какого-то портера помочь ей нести. А там документы, билеты, деньги... А если бы мы ночью таки ушли за перевал? Да-а-а...

К ночи залезли в свою палатку. Девчонки вдвоем в спальник Экбала, я в пуховки замотался, до 12 перекантовался.

31 июля. Выходим в час ночи, с нами еще группа в 6 человек, швейцарцы. Экбал где-то раздобыл еще одного портера, часть вещей под расписку оставил Али. Портеры. Славные, в общем, ребята. Резиновые тапочки, на них сверху надевают старые носки, чтобы не скользить. Некоторые идут с керосиновыми лампами, один продвинутый несет зажженную газовую лампу с огромным баллоном, прижав его к животу. Основная масса пытается внедриться в состав группы и идти впереди тебя, в свете твоего фонарика. Даже, если подарить им фонарики, денег на батарейки у них все равно нет.

Портеров, по мере подъема и уничтожения припасов, мы постепенно отправляли вниз. Первая группа ушла из Пайю, по совету Джалала я дал им по 100 рупий, вторая группа ушла из Конкордии, эти получили от меня по 150 рупий. Это чаевые, Джалал им платил зарплату, но она, по-моему, была не намного больше чаевых. Джалал попытался избавиться от наибольшего числа портеров до перевала, видимо, за проход перевала дополнительная оплата. И набрал несколько новых бойцов, эти видимо, обладают большей проходимостью.

Идем по некрутому заснеженному закрытому леднику, по вешкам. Ольга идет медленно, становлюсь впереди и иду шагом командира отряда новичков. В середине ледника Экбал состегивает нам самостраховки, это, по его мнению, увеличивает безопасность преодоления трещин. Через несколько часов выходим под перевал и склон становиться все круче. Уже есть, куда падать, но траншея пробита глубокая, появляются навешенные перила. Ольга вынуждена часто отдыхать, но время есть, погода, как я понимаю, для Каракорума отличная, идем вперед. Ближе к седловине появляются внушительные серраки, ледовые стены, грозящие обвалами, это одна из причин раннего прохождения перевала. Светает. Тропа лавирует между ледовыми разломами и выводит к последнему взлету. Снег держит хорошо, кошки, как и говорил Джелал, не понадобились, а ледорубом я пользовался, привычнее. С перевала (5650 м?. 5940 м.? в разных источниках по разному) открывается вся группа Гашербрумов. Фото группы, фото гор и вниз. Метров в 20 ниже перевала укутанное полиэтиленом строение - хижина спасателей. От непогоды спасти может. Внутри играет приемник, разнося по окрестностям индийские мелодии. За хребтом на севере - Китай, на Юге - Индия. " Я ж стою посередине, словно дырка на картине...".


Спуск с перевала Гондогоро

Вниз метров на 600 уходит крутой склон, провешенный сомнительной перильной веревкой, в местах потертостей и разрывов связанной узлами. Веревка 8 мм, и на нее иногда подвешивается по 4-5 портеров с грузами. В этот момент я предпочитаю отстегнуть от перил свой карабин. Вырублены хорошие ступени, спасатели поддерживают эту огромную лестницу в состоянии проходимости. Ольга скользит по перилам, часто на "пятой точке", ломая ступени и добавляя спасателям работы. Но делать ей замечания не хочется, она молодец, после такого отравления смогла сама перейти перевал. Я боялся, что придется немного поднести... Выйдя на тропу, идущую по морене, оглядываюсь на перевал. И кто же смог найти эту дыру в бесконечном частоколе гор и перемычек? А еще с содроганием думаю о тех группах, которые переходят перевал со стороны ледника Гондогоро. Нам навстречу попалось только несколько портеров. Ребята были крайне измотаны, да и те, что шли с нами вниз, покачивались от усталости. Ровная тропа по морене, первая травка, эдельвейсы, цветы. Вот в чем прелесть этого пути, за один переход из мира льда ты приходишь к альпийским лугам. Огромный камень, сотни рваных носков. Здесь портеры сбрасывают свои "кошки". Поворот, и ты в Хушпанге (4500 м).

Каменные землянки, лавка, где вся кола, даже по 10 долларов бутылка уже выпита и друзья, амфитеатром сидящие за столом и ждущие нашего появления. Взаимная радость встречи и завтрак, специально задержанный к нашему прибытию. Палатки стоят на песчаном дне подсохшего озера, о котором напоминают несколько ручьев. Над лагерем царит пик Лейла, острый утес запоминающейся формы. Вспоминаем Лейлу Джанагаеву, члена нашего Клуба экзотического экстрима "Третий полюс", хоть и редко, но выезжающую с нами хлебнуть экзотики. Можно походить босиком, полежать на траве. Забытые радости. Обед довольно скромен, с собой еды почти не принесли, а снизу, как всегда не поднесли. Соорудили чучело Черного альпиниста, допили из фляги НЗ, коньяк "Ларсен", оставшийся от Васи. Погода ухудшается, таки да, ели ушли.


Закат на реке Кабул

1 августа. По леднику Гондогоро уходим в "жарки страны, где кафе да рестораны". Несколько часов по леднику, потом по и под левой мореной. Опасно и неприятно. Сверху нависают огромные глыбы, вмурованные в песок. Вскоре приходим в карман между двумя моренами, площадки, ручей. Это Далсампа, лагерь для подъема, на спуске он не нужен. Вокруг пасутся местные яки, в лохматости и размере сильно уступающие тибетским. Радостные возгласы - "Первое дерево!". Дальше арчовые леса, огромные кусты шиповника, барбарис и множество цветов. Конец языка ледника и в лесу видны палатки. Лагерь Сайчо. Лес, ручьи, недалеко большая река, стекающая с ледника Чоголиза. Заботливый Джалал ставит наши палатки прямо во дворе кухни, и не понимает, почему я переношу свою палатку на поляну. Для него запах керосина и соуса "карри" кажется прекрасным дополнением к отдыху, мне же приятнее под арчой на берегу ручья. Делаю ему замечание о резком снижении разнообразия нашего питания. Он отдает нужные указания, и скоро две куриные души отлетают в мир иной. Курица - очень важный продукт пакистанской кухни. В ресторане неизменно присутствует курица, жаренная и тушеная, а огромные птицефабрики поставляют товар на рынок. Также в меню неизменен рис, бобовые, лепешки, суп куриный, тушеные овощи, совсем мало свежего салата, реже - баранина. Да вот и все. Не голодно, но надоедает. В ресторане Машабрум ужин с 8, вот к 8 и надо приходить. Добавлять в судки заканчивающиеся блюда не в правилах кухни, к 10 можно уже и чая не застать. Кстати, чай по-пакистански "чай".

Девушки выпросили на кухне горячей воды и помыли головы. Счастью нет предела. Вечером портеры устроили танцы под барабаны. Я не любитель самодеятельности и ретировался в свою отдаленную палатку читать, а девушки, говорят, неплохо потанцевали и даже денег им за это отделили. Поскольку все это происходило на месте, где должна была стоять моя палатка, группе пришлось дослушать концерт до конца. До Хуше 3-4 часа хода, утром решили выйти в 10.

2 августа. Не спеша позавтракав, потянулись кто как в Хуше. Но посреди пути Вася собрал всех под огромным кустом цветущего шиповника, потом спонтанно собрались у огромного каменного "стола", просто лежали на солнышке и пили водичку. Слева тянулось странное сооружение, то ли дорога, то ли водовод, но без воды. Труда вложено не меряно. На входе в Хуше предприимчивый местный кооператор поставил столики, стулья и продавал напитки и сувениры. Алексей опустошил его запасы монет. Хуше покрасивее Асколи. Выбеленные школы, лавки, несколько кемпингов. Расположились на прекрасном газоне, приняли холодный душ. Расположен в туалете. Пока кто-то моется, желающим сходить в туалет приходится туго. Поставить на крышу бочку для нагрева на солнце воды аборигенам в голову не приходит, кто первый сделает, будет брать по 500 рупий и разбогатеет. Лавчонка прямо у выхода из кемпинга. Есть фотопленка и конфеты для гонорара местным детишкам за фотосессии.

3 августа. День отдыха. В Хуше лучше, чем в пыльном Скарду. Весь день читал книги. Это тоже старое правило - каждый должен брать хорошую книгу и по мере прочтения, делиться с друзьями. Кто не взял, читает обрывки старых газет. Машербрум каждое мгновение подсвечивается новыми красками, в результате снимков Машербрума больше, чем других гор. Благо, надо просто поднять фотоаппарат и, не вставая с каремата, щелкнуть. Кто-то пошел гулять по Хуше, часть ушли к водопаду над городком. Ущелье Гондогоро забито облаками и на перевале сейчас не сладко. А у нас солнышко, но попытки девушек позагорать были пресечены местными поборниками нравственности. Пришлось одеться не только девушкам, но и ребятам.


Транго

4 августа. Проехав немного на джипах, уперлись в мощный селевой поток, сошедший зимой и разрушивший часть деревни. Были жертвы. Мост снесен. Перебираемся на другую сторону по ряду бамбуковых мостиков над протоками. Ланч, персадка в другие джипы и долгая дорога в Скарду. Дорога лучше, чем в Асколи, подвесной мост и вскоре выезжаем к Инду. На погранзаставе заставляют в журнал записывать всех участников с массой данных и каждого расписываться. Обедаем в прекрасном отеле в Хаплу и к вечеру прибываем в Скарду. То, что еще 2 недели назад было убогим городком, кажется мегаполисом с со сверкающими огнями лавками, а гостиница "Машабрум" просто средоточение удобств. С лохмотьями кожи на обгоревших носах и распухшими губами, шепчущими - "Мы это сделали", группа пропыленным комом вваливается в фойе гостиницы, с состраданием и гордостью поглядывая на чистеньких "чечако", которым еще предстоят все преодоленные нами трудности. Теперь за ужином можно, как и Гия, пугать всех "тремя колесами над пропастью", вертикальным пределом и Черным альпинистом. По плану, мы должны были из Скарду лететь в Исламабад самолетом. Но уже три дня нелетная погода и нет предпосылок, что нам-то повезет.

5 августа. В 5 утра с мукой на лице лезем в автобус. В этот день решили добраться до Бешама, это часов 16 в дороге. Жарко, пыльно, обед в Чиласе. В темноте показались огни Бешама. Водитель один, я беспокоюсь, чтобы он не уснул и прошу Экбала иногда с ним разговаривать. Душ и под вентилятор, принять горизонтальное положение.

6 августа. По дороге на большом базаре затариваемся персиками, манго, виноградом, дынями и арбузом. После обеда в китайском ресторане имеем прекрасный фруктовый десерт. В ресторанах фрукты никогда не подают ( за исключением дыни), покупайте сами.

Поля с помидорами и горы помидор на продажу у дороги.

Наконец Исламабад и наш "Envoy Continental".Не забудьте за несколько дней до вылета подтвердить ваши авиабилеты! Мы оставляли билеты в АТР и они все сделали.

Завтра свободный день, строим планы.



К2


Вечер


Мечеть Файзаль

7 августа. Решили съездить в Таксилу. Это древний буддийский храмовый комплекс с захоронением Будды Шакъямуни, остатками большого города - Сиркуп, монастырем - Джулиан и интересным музеем. В комплексе Будды без голов, головы отдельно в музее. Когда англичане владели этими землями, здесь велись раскопки и многое попало в Британский музей, сейчас раскопок нет, но есть охрана от "черных" археологов. Местные прохиндей пытаются вам втихую предложить грубые подделки монет, но мы не поддаемся.

Осмотрели Таксилу и уговорили Экбала съездить в Пешавар. Легендарный город. Еще пару часов и мы в Пешаваре. Воскресенье, многие лавки закрыты, но хозяин одной, афганец, догнал нас на мотороллере и открыл свою лавку. Сергей купил английский горн, в него трубил легендарный киплинговский Томми, призывая идти на Кабул.

Поверни от стен Кабула -

В рог труби, штыком вперед!

Половина утонула

Эскадрона, там, где брод.

Наше Политбюро не читала Киплинга...

При возвращении остановились у места слияния Инда и Кабула, где Аттокский мост охраняет форт Атток. Две могучие реки сливаются в спокойном течении, вода не перемешивается и вдаль уходит двухцветная река - голубой Кабул и мутный Инд. Заказали в ресторанчике рыбку из Кабула, получилось хорошо.

8 августа. Дебриффинг в Министерстве туризма. Не покривя душой, даю хорошую оценку работе АТР, гидам и портерам. Чиновник несколько удивлен, и говорит, что портеры частенько бузят. А мы расстались друзьями под приветственные крики "Слава Украине!". Мы не пожалели этим славным ребятам чаевых, а наши гиды не требовали у них "отката".

Вечером отлет. Марина, Наташа и Оля улетают позже. Оставляем Оле книгу и наказ из отеля самой не выходить. Марина и Наташа подружились с представителем Российского посольства, за них я спокоен. Просвечивания, проверки, отлет. Огромный двухэтажный "Боинг". Волнуемся за пересадку в Карачи, у нас всего два часа, а из Исламабада уже на 30 мин. задержка. По прилете Сергея Иринина отправляем в зал отлета "держать самолет". К счастью, наши баулы появились на ленте первыми и мы, хоть и в числе последних, успели на регистрацию. Задержали вылет минут на 40. Но выговора нам не сделали, все свалили на пограничников, одна девушка, а пассажиров сотня. В Дубаи стыковка - 8 часов, нам торопиться не к чему. А теперь вернитесь в начало повествования и замкните круг. Все.

© Risk.ru
1996-2005
Экстремальный портал VVV.RU